Хорошо я помню,
Сколько раз бывало-
От стыда лицо мне
краска заливала,
Что с друзьями спорил,
Не имел терпенья
И что очень скорым
Был на осуждение
А Писание учит,
Нас предупреждает,
Если осуждаешь-
Будешь осужден!
как в глаза Святые
Божьи ты взглянешь?
Вряд ли устоишь ты
Пред Христом потом.
Не судите, друзья, не судите,
Не судите вы ни друга, ни врага,
Я вам не открою большого секрета,
просто лишь напомню- жизнь так коротка!
Иисус Спаситель-
Кроткий наш Учитель,
Нужные уроки Он
готов нам дать.
Как любить и верить,
Миловать сердечно,
Как от сердца нужно
Ближнего прощать.
Пусть одежда наша
Будет белоснежной,
Сердце мягче воска,
На устах- елей,
Пусть глаза лучатся
Простотой сердечной,
чтоб могли друг другу
Руки дать скорей.
Не судите, друзья, не судите,
Не судите вы ни друга, ни врага.
я вам не открою большого секрета,
просто лишь напомню- жизнь так коротка!
Дорогие читатели! Не скупитесь на ваши отзывы,
замечания, рецензии, пожелания авторам. И не забудьте дать
оценку произведению, которое вы прочитали - это помогает авторам
совершенствовать свои творческие способности
Поэзия : 3) Жизнь за завесой (2002 г.) - Сергей Дегтярь Я писал стихи, а они были всего лишь на бумаге. Все мои знаки внимания были просто сознательно ею проигнорированы. Плитку шоколада она не захотела взять, сославшись на запрет в рационе питания, а моё участие в евангелизациях не приносило мне никаких плодов. Некоторые люди смотрели на нас (евангелистов) как на зомбированных церковью людей. Они жили другой жизнью от нас и им не интересны были одиночные странствующие проповедники.
Ирина Григорьева была особенной. Меня удивляли её настойчивые позиции в занимаемом служении евангелизации. Я понимал, что она самый удивительный человек и в то же время хотел, чтобы она была просто самой обыкновенной девушкой. Меня разделяла с ней служебная завеса. Она была поглощена своим служением, а я только искал как себя применить в жизни и церкви. Я понимал, что нужно служить Богу не только соответственно, не развлекаясь, но и видел, что она недоступна для меня. Поэтому в этом стихе я звал её приоткрыть завесу и снять покрывало. Я хотел, чтобы она увидела меня с моими чувствами по отношению к ней и пытался запечатлеть состояние моего к ней сердечного речевого диалога, выраженного на бумаге. Но, достучатся к ней мне всё никак не удавалось.
